:: МЕРТВАЯ ЗЕМЛЯ или прыжок в никуда ::

Я набрал телефонный номер
А там короткие гудки …
Это мой телефонный номер
Наверное, я с кем-то уже говорю …
Всегда то мой номер кем-то занят
Когда бы себе я не позвонил
Некоммуникабельность …

« Наутилус Пампилиус »

Выхода не было. Все двери, находящиеся по обеим сторонам длинного узкого коридора, были надежно заперты, он это проверил напирая телом на каждую встретившуюся на пути.

- Вниз, быстрее вниз ! – Назойливо стучало в голове,

- Но где же эта чертова лестница?

Немой вопрос так и остался где-то в глубине сознания, потому что сзади, чуть не наступая на пятки, надвигалось ОНО, казалось, лелея ужас попавшего к нему в лапы несчастного.
Было темно, и когда человек оборачивался, то в ужасе отводил глаза от светящегося НЕЧТО в темном коридоре. Впереди был тупик, последняя дверь, и холодный липкий струился мурашами по позвоночнику.

Нащупав руками последний запертый выход, Герман навалился на дверь всем телом и стал осыпать ее ударами кулаков. Дверь не поддавалась, он спиной чувствовал, как близко находилось ОНО, ему даже показалось, что чудище, в предвкушении удовольствия от поглощения тела человека, издавало урчащие звуки.

Дрожащей рукой он нащупал спасительный рычаг, и что есть силы, рванул его. Дверь внезапно распахнулась, яркий солнечный свет больно резанул по глазам, но это было уже не важно, как и то, что находилось за этой дверью.
Герман сделал шаг…

… Внизу, под редкими облаками, лежал красивый город. Темные нитки дорог причудливым узором обвивали линейки домов. Город простирался далеко, до самого гори-зонта, зелеными пятнами, будто охапками, повсюду была разбросана яркая зелень.
Ни движения, на несметном количестве дорог, ни вечно, куда то спешащих людей, даже ветра не было. Казалось, панорама была выхвачена огромным фотоаппаратом: щелчок и мгновенье вечности, тянущиеся вечность. Картина была прекрасной и гармоничной, но казалась мертвой.

Почти прямо под собой Герман видел Красную площадь, с ее неизменным атрибутом – мавзолеем, любимый Арбат с бесчисленным множеством злачных мест, это был его город, отступивший страх дал возможность полюбоваться прекрасным видом, так неожиданно открывшимся.

Человек падал, город приближался, но все же это было больше полетом, чем падением.

- Какой черт меня занес на такую верхотуру? – Размышлял он. Действительно, было совершенно непонятно, кем, когда и как была создана эта башня, или то место, где он только что находился. Ведь когда он в ужасе сиганул от страшного монстра вниз. Между ним и землей было километра два!

:: Человек - бомба ::

- Теперь выходя из дома, всегда буду брать с собой парашют ..., даже в магазин, - с грустной иронией подумал парень. Грусть постепенно начала переходить в щемящее беспокойство. Нужно было как-то смягчить падение, а внизу лишь серый асфальт и твердая, хорошо утоптанная земля.

- Дорого наверное кто-то дал бы за такое зрелище с воздушного шара .., но не я, - падали вместе с ним мысли.

Внизу, прямо под Германом, потихоньку увеличивался в размерах огромный красивый мост, с такой высоты он выглядел еще прекрасней, картину портило лишь высохшее русло реки, которое сиротливо поблескивало на солнце редкими большими лужами. Человек с трудом вырвавшийся из лап неизвестного чудища, стоило ли, попал в другую ловушку, из которой как ни напрягался, не видел выхода, не знал как выскользнуть, снизу все сильнее прижимала земля.

- Как там в кино показывают, я вроде должен сейчас вспомнить всю свою жизнь, близких …

- Что – то ничего не вспоминается .., - почти равнодушно возились мысли в голове.

Но жизнь, эта назойливая штука, прямо таки вопила в его жилах. Первым достал глубину сознания человека леденящий страх близкой смерти, бивший по вискам словно кувалдой.
Он уже отчетливо видел место своего падения – край моста, и от этого не становилось легче. Представлялась довольно мрачная картина. Вся его плоть, все то из чего состоит его тело, должно было разлететься кровавыми брызгами от этого удара, размазаться липкой грязью по асфальтовому покрытию моста. Кувыркнувшись в воздухе последний раз, он впился глазами в яркое солнце …

Тело Германа стрелой вонзилось в край моста, ближе к середине. Асфальт кусками разлетевшийся в разные стороны пропустил тело человека сквозь себя. Мощные когда-то бетонные и металлические перекрытия обрушились от этого удара, гася скорость падения тела. Пробив последнюю преграду, “тело-бомба” плюхнулось в плотную грязь, образовав неболь-шую воронку, а мелкие обломки моста присыпали Германа сверху, образовав небольшой холм из руин …

:: Погоня ::

…Открыв глаза, он пытался сообразить, где находится. Сквозь обломки, лежащие на нем, едва проступал солнечный свет. В горле першило. Попытавшись вдохнуть, он поперхнулся, во рту и в носу было полно пыли.

- Где это я? … Неужто уже похоронили? – Мысли болезненно ползали в его из-раненной голове. Медленно возвращалась память.

- Так, я вроде падал… И даже кажется разбился… Тогда что все это?.. Загробный мир?..

- Ждите заказанных кошмаров! – К месту вспомнился хриплый голос Фредди Крюгера из когда-то популярного ужастика.

Внезапно Герман услышал какой-то гул. Только теперь он сообразил, что стояла действительно гробовая тишина, нарушаемая только его мыслями. Он попытался сдвинуться с места и тут же чуть не взвыл от боли во всем теле.
И все же превозмогая ужасный стон всех своих частей тела, стал потихоньку выбираться из-под обломков.

Гул нарастал, по звуку он был похож на шум мотора автомобиля. Герман, постанывая от боли, наконец, поднялся на ноги. Стоя на обломках, взглянул вверх – через пролом в перекрытиях моста увидел голубое бездонное небо.

- Вот это я шандарахнул! – Присвистнул он, глядя на рваные края зияющей дыры.

Шум мотора заметно усиливался, вместе с ним у Германа росло чувство неопределенного беспокойства. Он с трудом прошел несколько шагов и вновь взглянул вверх. Гул стих, автомобиль, скорее всего, остановился, где-то на мосту. Через несколько секунд к перилам моста подошли две фигуры в униформах, обе почему-то были в противогазах.

- Уж не по мою ли душу пожаловали? – Подумал горе-десантник.

Ответом послужила автоматная очередь. Пули со свистом вонзавшиеся в землю в полу-метре от человека, не заставили последнего долго стоять на одном месте. Превозмогая боль, он побежал прочь от моста к прибрежным кустам.

- Нельзя бежать по прямой, надо вилять …

Каждый кусочек его больного тела будто повизгивал при беге, жизнь гнала его к бетон-ной дамбе, немного неуместной над высохшим руслом реки. А пули ложились в сантиметрах от убегающего человека, подгоняя и одновременно причиняя боль от резких движений.

…Герман уже поднимался по бетонному сходу на набережную, когда взвыл мотор автомобиля. Взвыл и заглох. Обогнув бетонный парапет, беглец, не смотря на дикую боль во всем теле, галопом понесся к домам стоящим впереди. Когда он добежал до дороги, мотор машины снова взревел, преследователи понеслись в погоню.

:: Еще одна бомба ::

Забежав во дворы, Герман помчался к небольшому палисаднику, где росли довольно густые заросли кустарника, которые очевидно давно никто не подстригал. Уже продираясь через колючий шиповник и прочую растительность, он услышал, как машина въезжает во двор. Беглец упал в колючие кусты и затих, едва успевая переводить дыхание. Машина остановилась. Преследователи, выключив двигатель, выскочили из нее и метнулись в разные стороны. Проходя мимо домов, они заглядывали в подъезды, обшаривая лестничные клетки и окна автоматными очередями. Один из них повернулся и быстрыми шагами направился к палисаднику, в котором затаился Герман.

Лежать в колючих кустах было чертовски неудобно, но парень даже не шелохнулся когда громкий треск автомата разрезал воздух совсем рядом. Пули, веером ложившиеся на кустарник, проносились в сантиметрах от Германа. Он чуть не взвыл от резкой боли, когда одна из них, чиркнула по голове. Едва сдержавшись, он сильнее прижался к земле. Наступила тишина, беглец услышал удаляющиеся шаги преследователей. В голове мелькали мысли-вопросы не находящие ответа.

- Что это за место?… Почему город, мой любимый город мертв?… Где люди?…

Окна домов видимо давно уже были без стекол. Асфальт хоть и лежал ровной серой массой на дороге, весь покрылся густой сетью мелких трещин, и казалось, вот- вот начнет разламываться под ногами.

- Вроде городу не восемьсот, а все восемь тысяч, с копейками, лет ! …

Вопрос, как и множество уже прозвучавших в голове беглеца, повис в полном безветрии нового, но какого-то мертвого мира.

Солнце уже прошло почти половину своего пути по небосводу, и легкий ветерок зашелестел зелеными листьями. Только он, да мысли Германа, нарушали царившее в этом месте безмолвие. Человек шел куда глаза глядят, петляя по пустынным дворам. Боль почти утихла, на смену ей пришло чувство голода. Найти какую-нибудь пищу в этом могильнике было сложно, оставалось найти пристанище этих ублюдков в противогазах, и исхитрившись поживится чем-нибудь съедобным у них, мысль абсурдная, но …

- Что еще остается ?… - Герман пожевал сорванную травинку и чуть не поперхнулся от ее горько-кислого, неприятного вкуса.
Беглец брел по неведомому миру. Прислушиваясь к окружающей тишине, - дома пустыми глазницами окон тоскливо смотрели на него.

Дом, стоящий в сотне метров вдруг пошатнулся. Левая часть его начала, ни с того ни с сего, рушится на глазах, как карточный домик. Парень шарахнулся назад и упав в траву, продолжал наблюдать за этим зрелищем. Кирпичи, казалось, были сделаны из старой сыпучей глины. Они разлетались с треском в разные стороны, и падая на асфальт, тут же рассыпались в прах.

Все происходило очень быстро, боковая стена дома и небольшая часть фронтальной, обрушились до второго этажа, а внутри продолжались разрушения. Когда наконец все стихло и пыль немного улеглась, Герман встал и украдкой, оглядываясь по сторонам, пошел к разрушенному дому.
Обходя разрушения, он не без опаски влез в полуразрушенный подвал поврежденного дома.

:: МИСС неожиданность ::

Здесь было темно и полно пыли, Герман на ощупь пробирался к небольшому лучу света, пробивающемуся через рваное отверстие в потолке.
Чихая и кашляя от пыли, он постоянно натыкался на какие-то преграды, пока не оказался рядом с человеческим телом, лежащим на полу.

- Слава богу, я теперь не один в этом кошмаре, - хотел произнести вслух Герман, но испугавшись собственного голоса, дико прозвучавшего в тишине этого “могильника” осекся на первом слове.
Ощупав вновь прибывшего он не без удовольствия ощутил пульс, и воодушевившись компанией приподнял тело новичка, оно оказалось довольно легким. Едва разбирая путь, спотыкаясь, он выбрался из подвального полумрака. Когда подвальная дверь вывалилась вместе с петлями на улицу, Герман зажмурился от солнечного света. Открыв глаза, он в изумлении чуть не уронил тело.
На руках у него лежала девушка!

- Только женщин мне не хватало ! – Сплюнул он с досадой, -

- Самому бы выбраться, а тут … -

Его мысли прервал звук, вонзившийся в окружающую тишину. Это был тот самый, до боли знакомый рев мотора автомобиля “надзирателей”, так их про себя назвал Герман. Теперь нужно было действовать быстро и решительно.

До ближайшего дома, стоящего впереди, было метров двести, и он рванул туда, с телом на руках, превозмогая еще не совсем утихшую собственную боль.
Гул нарастал, и Герман едва успел заскочить в подъезд, когда машина молодчиков въехала во двор.
Беглец с неподвижным телом на руках, спотыкаясь, спустился под лестницу, почти в подвал дома. Здесь было тихо, в полумраке он положил голову незнакомки себе на колени и молил Бога, чтобы она лежала тихо, пока “надзиратели” не уберутся восвояси.

- Как они узнают, что кто-то приземлился?…

Молодчики на полном ходу подъехали к только что разрушенному дому. Один из них выскочил из машины и побежал через руины к зияющему чернотой проему - подвальной двери. Через минуту раздался громкий треск автомата. Второй молодчик тоже выскочил из машины, заглушив двигатель. Пара его очередей, разбивая остатки кирпичей, “обшарила” пространство подвергнутое “вторжению”. Несколько раз, сменив обоймы, они прошлись по двору, обстреливая все вокруг. Наконец один из них заметив свежие следы в плотной пыли “прохрюкал” что-то в противогаз и указал рукой на дом, приютивший беглецов. Машина взревела и рванулась в этом направлении.

Девушка глубоко вздохнула и открыла глаза. Увидев, что она вот-вот, закричит от неожиданности, Герман рукой прикрыл ей рот, прижав свой палец к губам. Она с начала дернулась, протестуя, но тут же с громким стоном вновь лишилась чувств.

Рядом темнел какой-то большой продолговатый предмет, беглец пошевелил его ногой. Глаза, привыкшие к полумраку, заметили что-то белое, откатившееся от темной глыбы. Герман положил голову девушки на пол и в полуприсяди подполз к тому, что привлекло его внимание.

Между тем “надзиратели” уже начали обшаривать дом, в котором укрылись беглецы. Пули разбивали в пыль разлагающийся кирпич и бетон.

Герман поднял белеющий в полумраке круглый предмет, пытаясь его рассмотреть, и охнув от неожиданности, чуть не швырнул его в стену. В руках он держал обыкновенный человеческий череп, совершенно гладкий, с провалами глазниц и носа!

Медлить было нельзя, “надзиратели” полосовали воздух автоматными очередями совсем близко. Он рывком сдернул одежду с уже истлевшего трупа, кости с глухим треском по-сыпались на пол. Еще не соображая что делает, Герман быстро поднялся по лестнице к двери, ведущей на улицу. Несколько рваных кирпичей валялись рядом.

Завернув их в темное пальто, снятое с трупа, он положил череп куда-то в воротник, и метнулся назад под лестницу. Не успел он как следует усесться рядом со своей спутницей, как вверху раздалась автоматная очередь и череп, который Герман только что держал в руках, гулко скатился по лестнице.

:: Знакомство в подвале ::

Отвлекающий маневр сработал, молодчик, брезгливо хрюкнув сквозь противогаз, пошел к следующему подъезду. Парень заметил, что девушка вновь собирается открыть глаза. Он легонько передавил ей горло в районе сонных артерий. Ее тело судорожно дернулось несколько раз и затихло. “Надзиратели” плечом к плечу обстреляли последний подъезд и, кивнув, друг другу, направились к машине, Гул автомобиля стих, и Герман, нащупав пульс девушки, слабый и далекий, стал приводить ее в чувство.

Щеки ее уже порозовели от нескольких легких шлепков ладоней, когда она вздохнула и открыла глаза. Девушка дернулась, в испуге отстраняясь от Германа, но тот крепко держал ее за руки.

- Тише, тише дурочка. Я свой! – негромко сказал он, пытаясь уложить ее к себе на колени.

- А где этот, у-у-у, страшный? – совсем тихо спросила она, озираясь по сторонам.

- Тихо… Успокойся, мы здесь одни, - ответил он и положил руку ей на лоб.

Да, все здесь было непонятным, странным неестественным, но все же ему было на несколько часов легче, чем ей… Так или иначе, нужно было куда-то двигаться, солнце садилось, а ночью этот кошмар, видимо будет выглядеть еще хуже, ведь этот мертвый мир мог преподнести еще кучу сюрпризов. Парень вынес ее на руках во двор.

- Я не знаю, кто ты, где мы, что вообще творится в моем городе, но я тебе доверяю! Сказала она попытавшись улыбнуться, и добавила:

- Я попробую идти сама… Пусти!

Он тихонько отпустил ее на землю. Не успев сделать и шага, она со стоном рухнула в его объятия. Герман помог девушке сделать несколько шагов, он уже знал эту жуткую боль после падения, но знал и то, что тело каким-то невероятным образом умеет забывать эту боль.
Обнявшись, они тихо шли по дворам, шли в неизвестность, вперед. Вокруг было полное запустение и тишина…

- Черт возьми, это в столице, в моем любимом городе, что же тогда творится в стране.., в мире…

Внезапно бьющий по ушам треск автомата, разорвал воздух, прервав размышления Германа. От пули, огненной иглой впившийся в бедро, парень со стоном присел, еще одна вонзилась в плечо. Он инстинктивно толкнул девушку метра на два в сторону и, получив еще одну пулю, плюхнулся в противоположную сторону.

Его тело, выло, буквально ревело от боли. Он видел как “надзиратель” похрюкивая что-то сквозь противогаз, шел из кустов ему навстречу. Итак, он попался – никакой защиты, никаких ответных средств, голые руки и подонок в противогазе, идущий в лоб. Герман, преодолевая жуткую боль, пытался встать на ноги. Еще одно нажатие на спусковой крючок и … тишина.

Пока враг спокойно менял обойму, беглец, наконец, поднялся и, едва переставляя ноги, пошел на противника. Казалось, он видел хладнокровную улыбку этого скота, спокойно расстреливающего свою жертву. Еще одна очередь подкосила Германа, пули вонзались в икры, в бедра, одна раздробила голень. Парень рухнул на асфальт, ударившись головой. Все проваливалось в тартарары, сознание рвануло куда-то в беспросветный дрём…

:: Возвращение из реальности ::

…Диана, рыдая, шлепала Германа по щекам, пытаясь привести его в чувство. Когда он открыл глаза и не соображающим взглядом обвел комнату, она немного успокоившись, наконец, произнесла:

- Дурак! Как ты меня напугал! Я выкину к черту этот твой компьютер! – и видя что Герман ничего не понимает, продолжала скороговоркой:

- Ты с ним скоро свихнешься, четыре часа в очках, ты что обалдел?!

- А если бы я на обед не пришла?…

Он наконец сообразил, что жив и здоров, но тело выло от усталости.

- Милая успокойся, все в порядке! – наконец произнес Герман и, немного помедлив, добавил:

- Знаешь, а ведь это реальный мир, ну там, где я был, только почему-то мертвый… Диана перебила его, не слушая:

- УСПОКОЙСЯ! РЕАЛЬНЫЙ! А знаешь, как ты выл и стонал? Я выключила этот чертов ящик, а ты лежишь, не просыпаешься!…

- Сколько времени проспал, а потом как начал выть и стонать! Не ходи туда больше, а? Давай продадим эту игрушку? Герман обнял ее и, прижав к себе, пытался успокоить:

- Ну видишь, я жив и здоров, когда-нибудь я тебе расскажу, как там было… Диана тихо всхлипывая уткнулась ему в плечо. Наконец они оба успокоились, и он пошел на кухню, намереваясь налить себе и Диане чай.

- Реально, нереально, Мертвый мир, “надзиратели”.., - размышлял Герман, разливая чай по кружкам.

- А девушка? Меня то разбудили, а как она? Какая-то неясная тревога нахлынула на парня, но он понимал, что снова залезть в этот файл Диана ему просто не даст, и решил пока ничего не предпринимать.

За окном шел густой снег, Диана смотрела телевизор. Герман задумчиво глядел в окно и допивал уже остывший чай. Раздался звонок в дверь, и он, размышляя, кто бы это мог быть, с кружкой чая в руках пошел открывать дверь.

Щелкнув замком, парень остолбенел от неожиданности, кружка звонко разлетелась о пол прихожей. На лестничной площадке стоял человек в униформе и почему-то в противогазе. Диана услышала звон разбитой посуды, вскочила, оторвавшись от телевизора, и метнулась в прихожую.

- Что с тобой милый? – спросила она идущего ей навстречу бледного как снег Германа.

- Не знаю. Они меня и тут достали… Она беспокойно моргнула глазами и медленно прошла в прихожую. Герман быстро включил компьютер, одним движением надел очки и, манипулируя клавишами, вошел в систему, отыскивая нужный файл.

- Чего ты так напугался, не понимаю? У них учения по гражданской оборо.., - произнесла Диана, входя в комнату, и тут же осеклась, увидев, как Герман работает с компьютером.

- Не надо! Не надо милый, - Она подскочила и щелкнула тумблером “сеть” на “башне” компьютера. Экран дисплея погас, но было поздно: Герман, закрыв глаза, полулежал в кресле, он был уже в “системе”…

:: Без возврата? ::

…Темный узкий коридор со множеством дверей выглядел как и прежде, а светящееся НЕЧТО медленно двигалось сзади. Все было, как и в первый раз, вот только леденяще-го страха не было. Он повернулся и почти с любопытством разглядывал светящегося монстра.

Зрелище было страшноватым, но Герман разглядывал это переливающееся мутными цветами сияние. Наконец он вспомнил о цели своего прибытия и дернул ручку двери, находившейся рядом с собой. Она распахнулась, предоставляя необычную картину взору человека. Перед Германом простиралась большая площадь. По Мавзолею и Лобному месту он узнал центральную площадь страны. У стен Кремля стояли несколько военных джипов, под широко раскинутыми ветками елок ходили люди, одетые в униформу. Все они были в противогазах.

Машины он сразу узнал, на такой же его преследовали молодчики. Немного в стороне от ворот стоял грузного вида “надзиратель” и, похрюкивая, жестикулировал что-то стоящим поодаль военным. Те в ответ хрюкали сквозь защитные маски и кивали головами. На мавзолее стояло несколько надзирателей, внизу ходил часовой.

- Надо же как в далекие советские времена !

Что-то щемящее и далекое, некая тревога, внезапно нахлынула на него, так вроде уже было, или почти так…

Его заметили. нужно было бежать! Чуть поодаль стоял переливающийся монстр. Но странно, как только человек закрыл дверь, выстрелы затихли. Мало того, никто, похоже, и не пытался ворваться в этот коридор. Он подошел к следующей двери. Глаза уже привык-ли к полумраку, Герман увидел на двери какие-то буквы или цифры. Было все же темно, чтобы хорошо разглядеть надпись, и он открыл дверной проем.

Герман стоял на мосту высохшей огромной реки, большие лужи которой поблескивали на солнце. Он уже мало чему удивлялся, тупо впитывая повороты, которые предлагал этот странный мир, но сейчас открыл в изумлении рот. Мост, тот самый мост, на который он недавно “мягко приземлился” – был совершенно цел!

Он внезапно догадался, что двери, которые он открывает, это нечто вроде файлов от-дельно взятых подпрограмм, выходы в отдельные части общей, непонятно где размещающейся системы. Ведь Диана, как и в прошлый раз, уже, наверное, выключила компьютер, и теперь совершенно непонятно, где, в каком мире он путешествует. Почему мост цел и невредим опять вопросы без ответов…

- Раз здесь все в порядке, значит в систему отсюда я не входил… Значит девушку я здесь не найду… Ее просто здесь нет… - Герман ломал голову, лезли мысли о временных параметрах программы, нескольких одинаковых файлах, восстановлении исходных данных и еще черт знает о чем. Наконец он закрыл дверь и, посмотрев на светящийся "волчок", пошел к следующей.

Открыв дверь, он выпучил глаза, и несколько мгновений даже не мог двинуться с места.

Герман стоял на пороге своей комнаты Диана, всхлипывая, сидела на диване рядом с креслом, а в кресле полулежал с закрытыми глазами – он! Герман!

…Компьютер был выключен, в комнате стоял полумрак от надвигающихся за окном сумерек. Снег большими, белыми хлопьями ложился на мертвую землю…